голос. Вскоре увидели домик, крытый соломой. Вокруг домика плетень. Никого не видно. Понаблюдав, пробрались во двор. На крыльце лежала рыжая собака со щенками. Собака не залаяла, а даже помахала хвостом. Дверь закрыта. Козырь заглянул в окно.

— Вам что здесь нужно? — раздался женский голос.

Позади стояла худенькая чернобровая девушка. С тяпкой в руках и босая.

— Вы откуда? — Она опустила тяпку и внимательно посмотрела на обоих.

— Мы из Нечаевки, — протянул Витька, — вы не видели, тетушка, белую телушку?

— А где Нечаевка?

— Там, — Витька махнул рукой за спину.

— Отбилась вчера, с утра ищем. Может, вы видели?

— Нет, я не видела.

Девушка продолжала смотреть подозрительно.

— Ну, пойдем еще поищем, Витька, — сказал Козырь. Он испугался, очень уж внимательно девушка смотрела на его карман.

Они опять шли долго. Забрели в такие места, что повсюду одни коряги и заросли колючего терновника. Неожиданно лес оборвался, и они выскочили на опушку. Впереди луг, дальше заросли камыша. На лугу никого нет, но, когда лезли через камыш, разглядели множество следов от босых ног и обутых. По колено в грязи добрались до воды и там присели. Совсем рядом слышались голоса, захлюпала вода. Четыре грязных и оборванных человека тащили за веревки что-то похожее на большой, длинный ящик. У первых на груди немецкие автоматы.

— Партизаны, — шепнул Козырь.

— Покажемся? — спросил Витька.

В это время навстречу людям из камыша вышел настоящий немец, только без сапог и без каски. Витька прошептал, что нужно бежать. Козырь сунул руку в карман на всякий случай, и они поползли обратно. Через луг пробежали бегом. И только очутились в лесу, как перед ними появляются из-за деревьев двое, один в настоящей немецкой форме.

— А ну, стой! — приказывает он. — Вы чего там лазили?

Козырь прыгает за дерево и бежит что есть духу. Витьку хватают и начинают допрос. Он врет про телушку.

— Зачем в болото лазили?

— Там следы, и мы думали, может, она завязла.

— Что вы там видели?

— Ничего мы не увидели.

— А чего ж вы бежали?

— Страшно стало.

— Откуда вы?

— Из Нечаевки.

Оба спрашивающих переглянулись.

— А ты чей?

Витька понимает, что попался. Говорит:

— Мы живем у тети Дуни. Мы из другой деревни, которая далеко. Она сгорела, а мы шли и остановились в Нечаевке.

Витьке еще задают вопросы. Он врет. И чем больше врет, тем лица страшных людей делаются суровее. Наконец один говорит другому:

— Отведи-ка его к Денисову, что-то он путает. Из Нечаевки сюда никакая корова не полезет через речку. Одетый в немецкую форму берет Витьку за шиворот и ведет в лес. Витька думает: упасть и закричать? Вырываться?

А немец говорит по-русски:

— Ты только смотри мне, не убегай. Знаешь, что это такое? — и стучит пальцем по автомату.

Витька только покосился и молчит.

— Как побежишь — сразу пристрелю.

Витька выдавливает из себя слезы. Если отскочить за дерево и побежать, может, и не попадет, думает он. Вдруг конвоир отпускает Витькин воротник и нагибается за грибом. Витька прыгает за дерево и мчится.

— Стой! Стой! — хрипит за ним голос. — Остановись, пацан, пристрелю!

Но Витька бежит сломя голову, виляет за дерево, потом за другое. Местность пошла под гору, и он летит как пуля. В ушах ветер свистит, по лицу хлещут ветки. Со всего размаху Витька влетает в какую-то лужу, она глубокая. Проваливается в грязную воду с головой, выныривает и плывет. За лужей поляна, кусты, дальше лес. У большого пня Витька падает. Из-за стука сердца и шума в голове ему не слышно: гонятся за ним или нет? Полежав, он вскакивает и опять бежит. На дороге встречает Козыря. Козырь сидит на земле и облизывает языком рану на большом пальце ноги.

Чтобы к ночи попасть в пещеру, они шли обратно не лесом, а прямо по дороге.

— Что же они тащили по воде? — интересуюсь я, когда рассказ окончен.

— Не знаю… Может, боеприпасы…

Лягва рассказывает о нашей вылазке в город. И мы устраиваемся спать.

— Что ж, Зойка поедет в Германию? — спрашивает Витька.

Он последнее время часто разговаривает вслух сам с собой. Иногда просто шепчет что-то, а иногда вслух думает. Лежит в пещере, глаза смотрят в потолок.

— Сейчас все, наверное, на земле ложатся спать, — слышится его шепот, — и все ночью делаются глухими и слепыми, пока не проснутся. Не спят одни часовые… Ребя, ночью, когда спишь, сердце тоже останавливается?

— Наверное, останавливается. Оно же не может все время не отдыхать.

Витька похлопает ресницами и предложит:

— Ребя, съедим чего-нибудь?

— Спи, Витька.

Витька полежит немного и лезет к посылкам. На ночь мы надеваем шерстяные чулки, свитера — это из посылок. На заре холодно, а когда одет — ничего. Посылки мы пораскрывали. Одежду сложили отдельно, продукты отдельно.

Бывают такие дни, что мы далеко от пещеры не ходим. Проберемся к дороге, лежим за кустами и наблюдаем. Мы ждем, что вот-вот появится в одиночку солдат. Но они по одному не ходят. То человек пять-шесть пройдет мимо, то на телегах проедут. Телеги у немцев с большими колесами и бортами. Лошади тоже большие. Они коричневого цвета, с длинными шеями и маленькими головами. Немец, сидящий на передке, вечно дремлет, зажав между ног винтовку или положив ее на колени. Второй лежит на телеге на мешках и крутит головой по сторонам. Однажды мы чуть не попались: решили захватить телегу. С утра она проехала из города, и на ней сидели два солдата. Мы знали, что они едут или в Никитовку, или в деревню по соседству с Никитовкой. Решили ждать их возвращения и напасть. Витька и Лягва должны были заговорить с солдатами, а мы с Козырем подкрасться с другой стороны и пристрелить их. Место нападения выбрали за поворотом дороги, и это-то чуть-чуть нас не погубило. Немцы возвращались после обеда. На телеге лежали горой мешки, и оба солдата сидели на передке, курили и о чем-то беседовали. Около ракитового куста Витька и Лягва сидели на камне и смотрели на дорогу. Завидев немцев, Витька вскочил, хотел было бежать, потом подошел к телеге и, хныкая, попросил хлеба.

Один немец протянул ему сигарету, второй что-то спросил. Мы с Козырем уже подползли к дороге и вытащили пистолеты, как из-за поворота выехала подвода с солдатами. У меня даже пальцы свело. Стоило им немножко позже выехать — и мы бы попались…

Глава седьмая

Неожиданно у нас появляется пятый товарищ. Он очень странный и ни на кого из нас не похож. Знакомимся с ним в один